Поиск

Поучение Святителя Феофана Затворника: Главное для каждого дело есть очищение совести

Святитель Феофан Затворник, Вышенский

Святитель Феофан Затворник, Вышенский

В среду седмицы первой Великого поста

Главное для каждого дело есть очищение совести

 

Благодарение Господу, сподобившему нас еще дожить до святого поста и еще на­чать поприще спасительного говения! Но, братие, позаботимся и воспользоваться сею милостию как следует, чтоб она послужила нам во спасение, а не в осуждение.

Цель говения нашего есть приготовление к неосужденному Принятию Святых Христовых Тайн, к принятию Самого Господа, Который го­ворит: ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем.

Как Господь есть пречист, а мы нечисты, то Приобщению Святых Пречистых Христовых Тайн предшествует у нас очищение совести и получение всепрощения в Таинстве Покаяния. Кто чист, с тем уже несом­ненно сообщится Христос Спаситель. Он любо-общителен, Сам ищет общения с нами; и если нет такого общения — причина сему наша нечистота. Стало быть, главное для нас дело есть очищение сове­сти и получение всепрощения в Таинстве Пока­яния. Вот на это и обратим ныне всю заботу и попечение.

Очистится в совести и получит всепрощение тот, кто как должно покается. Спрашивается те­перь: кто же как должно кается? Тот, кто позна­ет свои грехи и сознается в них искренно; со­знавшись, сокрушается о них и оплакивает их; сокрушившись же и оплакавши, полагает твер­дое намерение более не оскорблять Бога греха­ми своими,— и наконец, в сих расположениях, смиренно исповедует все грехи свои пред ду­ховником, чтоб получить разрешение в них и явиться к Чаше Господней оправданным и чис­тым пред очами Божиими.

Все сие вам ведомо и было уже совершаемо вами неоднократно, так что и говорить вам о том нужно разве только для напоминания, что, не­смотря на частое прохождение сего пути, он все останется тот же, другого нет, и если б кто стал изобретать новый, предпринял бы безполезный труд.

Итак, опять озаботьтесь познать свои грехи и сознаться в них. Познать свои грехи — зна­чит сказать, что такой и такой грех совершен нами; а сознаться в них — значит осудить себя в них, сказать: «Виноват», не допуская никаких оправданий и извинений. «Согрешил, виноват» - сии два слова надобно произнести преж­де всего, произнести искренно.

Посмотрите же: в чем и как согрешили вы? Не думаю, чтоб это было трудно. Заповеди ве­домы и совесть есть: заповедь укажет, что следо­вало нам делать, а совесть засвидетельствует, сделано ли то нами или нет. Страсть, которую надобно одолевать, и грехи, которыми мы наипа­че оскорбляем Господа, не могут укрыться от нашего внимания: они стоят на первом плане и неотразимо теснятся в сознании. «Это, — по сло­ву Господа,— не спица, а бревно в глазе». Вот на них наляжьте всею строгостию самоиспыта­ния и самоосуждения: ибо есть лукавство в греш­ном сердце нашем, что оно готово судить себя строго во всем, кроме своей главной немощи — нравственной, между тем как все другое, кроме главных грехов, есть в нравственном отношении малость. И выходит, что, при нестрогом внима­нии к делу, мы способны только оцеждать кома­ра и пожирать верблюда на нашем внутреннем суде. Сию-то неправоту и исправь каждый в себе прежде всего, то есть познай свою главную страсть и свои главные грехи и осуди себя в них, не допуская никаких извинений. А затем уже — обратись к познанию и других грехов, побочных, которые сравнительно с первыми мож­но назвать малыми, немногократными, нечаян­ными, случайными. Для сего просмотри запове­ди Десятословия и заповеди о Блаженствах и смотри, какая заповедь нарушена и каких доб­родетелей недостает в сердце? Как в зеркале чистом, когда в него смотрятся с незакрытыми и незапорошенными глазами, видны и малые крапленки на лице, так обнаружатся все наши про­ступки и грехи в словах, делах и помышлениях, когда заставим совесть свою смотреться в зер­кало заповедей Божиих, в слове Божием указан­ных. Останется только приложить к сему осуж­дение себя, сознание своей виновности, а это придет, когда отвергнем всякое оправдание себя чем бы то ни было; не станем извинять себя ни темпераментом, ни обстоятельствами жизни, ни родом служения и условиями отношений, ни ув­лечениями, ни неведением — словом, ничем; а сделаем так, чтоб, коль скоро замечен грех, иск­ренно говорить: «Виноват! Безответно виноват!» Сознавши грехи, надобно оплакать их, сокру­шиться о том, что они сделаны. Кто искренно сказал: «Виноват», тому не далеко до того, чтоб сказать: «Зачем же все это мною наделано?», пожалеть о том, устыдить себя, поболеть пред Господом, устрашиться Суда Его и беды, ожида­ющей того, кто останется неоправданным во гре­хах своих! Не далеко до сего, однако ж, и это требует труда над собою, самоуправления и самопринуждения, ибо есть окаменение сердца, по которому, и сознавая грех, и не имея чем оправ­даться в нем, говорят: «Что же такое?» Вот и надобно рукоятию рассуждения взять молот сокрушительных истин Божиих и поражать ими окамененное сердце, пока умягчится, сокрушит­ся и воздохнет. Помяни неизреченные милости Божии, тебе явленные в творении, Промышлении и паче в Искуплении, и то, как ты оказыва­ешься неблагодарным; помяни совершенства ес­тества твоего, тобою униженные; помяни горькую участь, тобою заслуженную и от тебя, может быть, уже недалекую; помяни прежний покой и тепе­решнюю тяготу духа; помяни, сколько раз гово­рил ты: «Не буду! Не буду!» — и все грешил, и еще более и упорнее, чем прежде; помяни, что никто тебя не принуждал, сам по злому нраву своему грешил и оскорблял в лице Бога, Кото­рый все видит; и руку Его, которою Он останав­ливал тебя, ты отревал. Помяни смерть, Суд, ад; помяни и прочее все, чем надеешься сокру­шить упорное сердце свое. Всячески тревожь его, возбуждай и приводи в движение. К сим размышлениям приложи молитву ко Господу, чтоб, как Владыка всяческих, дал тебе возобла­дать над сердцем своим, и, как огнь вошедши, разварил упорство сердца твоего, и избавил тебя от окамененного нечувствия. Все употреби, чтоб дойти до воздыханий сердечных, ибо это есть корень покаяния. Предшествует сему познание грехов; последует решимость не грешить.

Но и предыдущее безполезно и последующего не ожи­дай, если нет сего связующего их звена — печа­ли сердечной о грехах. Печаль только, яже по Бозе, покаяние нераскаянно (твердую решимость не грешить) во спасение соделовает. Что за по­каяние, в котором нет сей печали, туги и сокру­шения?!

Вслед за болезнию сердца о грехах придет и намерение отстать от них, не оскорблять ими более Господа и не губить себя. А за сим после­дует Исповедание грехов, самое искреннее, и раз­решение их, самое действенное. И совершится Покаяние, воистину спасительное.

Даруй, Господи, всем нам во дни сии сподо­биться сего дара Божия! А то что пользы, если без чувств, со скукою или рассеянием будем сто­ять на службах, досадуя, что долго тянутся; вре­мя, свободное от служб, будем проводить в полу­сне и бездействии; затем холодно проговорим на духу: «Грешен» — про грехи, о которых спро­сят, и помышления не имея о том, что главною у нас целию должно быть совершенное исправление жизни? Что пользы? Это будет значить — исполнить обычай говения, а не говеть во спасение. Блюдите убо, как опасно ходите, паче в дни сии, когда враг, не искушая грехами, ухитряется делать безполезными дарованные нам благодатию Божиею средства к очищению от грехов и тем продолжить владычество Свое над нами.

Аминь.

8 марта 1861 года


 
«Церковная Жизнь» — Орган Архиерейского Синода Русской Истинно-Православной Церкви.
При перепечатке ссылка на «Церковную Жизнь» обязательна.